Развелся с женой и с ребенком?

Развелся с женой и с ребенком?

 

 

Зоя – самомама.

С мужем они развелись год назад, когда ребенку было шесть. По большому счету, развестись надо было уже давно, но Зоя, как и многие женщины в ее обстоятельствах, долго пыталась сохранить семью – "ради ребенка". Ее бывший был так себе мужем, но зато замечательным отцом, и сын в нем души не чаял. Жалко было разбивать этот тандем.

 

 

Тем не менее рано или поздно все равно произошло то, что должно было случиться. Муж ушел по своей инициативе.

Зоя очень переживала за сына, советовалась с детскими психологами – как помочь мальчику пережить развод.

– Главное – донесите до ребенка, что, хоть папа больше не будет жить с вами, ему он все равно остается папой! – заклинали психологи. – Сына он ни в коем случае не бросает!.. И, как бы не было трудно, не говорите ребенку плохо об отце... Подчеркивайте, что между папой и сыном все останется по–прежнему.

Муж, уходя, чуть не плакал – не из–за расставания с Зоей, естественно, а из–за сына. Порывался даже его забрать – не очень–то, правда, настойчиво. Зоя твердо сказхала "нет" – и больше он эту тему не поднимал. Впрочем, обещал помогать, навещать, участвовать в воспитании, забирать на выходные.

И первые два месяца так и было. Цирки, зоопарки, поездки в лес и к бабушке на дачу, выезды на рыбалку, походы в музей... Ребенок ждал выходных, как праздника. Зоя со своей стороны делала все, что рекомендовали специалисты: мол, папа хороший, он тебя любит, видишь, ровно ничего не изменилось, вы вместе и бла–бла.

Однако дальше весьма предсказуемо стало происходить то, что называется "с глаз долой, из сердца вон". У папы новые отношения, и ребенок отошел на второй план. Хотя совесть его мучает, он в разговоре с ребенком он клянется и искренне сам себе верит, что "вот в эти выходные – ну совсем никак не получится, а уж зато в следующие – ого–го!". Каскад удовольствий, короче, угу. А в следующие выходные все планы снова переносятся на неделю...

А ребенок ждет, расстраивается из–за каждого папиного пропуска, все принимает на свой счет, и каждые выходные теперь для Зои испытание – что сказать, как отвлечь, что придумать такого, чтобы сгладить очередной косяк "хорошего во всех отношениях" папы...

Апофеоз настал недавно.

Ребенку после нескольких несбывшихся обещаний было дано "твердое мужское слово", что уж в эти–то выходные, кровь из носу, папа приедет прямо с утра и повезет сына и туда и сюда. В девять утра в субботу проснувшаяся Зоя застала полностью одетого сына с рюкзачком на табуретке под дверью в прихожей – ребенок ждал отца.

– Телефон не берет! – сообщил сын. – Он, наверно, едет сейчас. За мной! Вот–вот будет!

До обеда просто ждали. Зоя, конечно, утащила ребенка из прихожей, заставила позавтракать, сели рисовать – но ребенок бежал к двери каждый раз, когда мимо этажа проезжал лифт. Поообедали, поиграли в компьютер – без всякого, впрочем, удовольствия. Идти куда–то, смотреть мультфильмы, позвать в гости любимую бабушку мальчик отказывался наотрез – папа же вот–вот придет.

А папа по–прежнему не брал трубку.

А потом начало темнеть, стало понятно, что в очередной раз обман, и началась истерика, которую успокаивали чуть не до ночи...

И Зое ясно, что дальше так продолжаться не может.

Может, послать лесом психологов, и сказать сыну откровенно – знаешь, малыш, все кончено. Папа ушел от НАС с тобой в другую жизнь – не потому, что мы плохие, а потому, что так бывает. У него уже новая семья и скоро будут новые дети. А у тебя есть мама, бабушка, куча дальних родственников, которые тебе всегда рады – это тоже много и для нормальной жизни вполне достаточно. Заводи друзей, общайся с людьми, занимайся творчеством и учись ценить то, что есть. А папу выброси из головы...

Жестоко, да. Психологи говорят, что так нельзя.

А что делать? продолжать мотать всем нервы, выгораживать папу, который "вообще–то хороший и любит тебя, просто в третий раз обманул"? Утешать, отвлекать, и рисковать быть обвиненной во всем – ведь если папа хороший, то почему все получается криво? Может быть, из–за мамы?

Что думаете?

Источник ➝

Мои 90-е. Жизнь в отсутствии еды

 

Часть 2
В  телерадиокомпании я окунулась в атмосферу молодого задора, энтузиазма, творческой свободы и неистребимого оптимизма.
Мы верили, что делаем не просто великое дело, мы делаем историческое дело!
Мы вносим свой вклад в развитие гражданского общества нашего городка!
Мы являемся  участниками  сложного переломного момента в жизни нашей страны! Перелома в лучшую сторону! Только в лучшую!
Но об этом пафосе  я напишу в следующий раз, потому что сейчас  очень хочется написать о еде. Вернее, об её отсутствии.

Я всегда была обжорой. В 90-е мне было тяжело.



На работе. Думы о еде.


Наш городок был закрытый. Поэтому хорошего рынка с прилавками, заваленными дарами садов и огородов, у нас не было.
Да и садов с огородами у большинства сосновоборцев не было. В нашем городке мирного атома сельское хозяйство не процветало.
Поэтому продукты мы покупали только в магазинах.
Город всегда снабжался хорошо.
И наступил жуткий момент, когда в этих магазинах стало голо и гулко. Огромные торговые залы, ослепительно белые кафельные стены и белые же  прилавки. Так, вероятно, выглядит морг…
Каждый устраивался и вертелся, как мог, чтобы прокормить себя и семью в период пустых магазинов и пустых кошельков.
Кого-то спасали посылки от деревенских родственников.
Большие предприятия старались помогать своим сотрудникам.  В городе продолжали работать научные институты, атомная станция, школы, детские сады, больница, коммунальные службы. Горячая вода, кстати, у нас была бесперебойно. Развалился машиностроительный завод. Закрылся хлебокомбинат и рыбоконсервный завод, но эти  предприятия сдались уже в конце 90-х, по-моему. Они долго боролись за свою жизнь.
Нам с мужем было тяжело добывать продовольствие. Оба работали в небольших организациях, сельских родственников у нас не было. Я вертелась на работе и с ребенком, а  муж вертеться категорически не хотел. Он считал, что честно работает на государство и не виноват, что государство честно не хочет ему платить. Вариант устроиться на вторую работу, а летом строить коровники в селе, как делали его друзья, он решительно отметал.  А я никогда ничего не просила. Ни у кого.
Хотя есть хотела всегда!
У меня было две маниакальные мечты:  обожраться сыром и курицей, запечённой в духовке! Хоть раз!
Но я упорно гнала их из своего сознания. Я всегда была рациональным человеком и не разрешала себе думать о том, о чём думать нельзя.

Честно говоря, я даже и не помню, что мы ели!
Из памяти напрочь выветрились чудеса кулинарного искусства -  ужины из ничего.  Каши на воде и без масла. Котлеты из картофеля с запахом тушёнки.
Ходила в магазины. За хлебом и молоком. Стояла в очередях. Наличие детей не давало право взять молоко без очереди, поэтому я с маленьким сыном стояла как все. Но совсем не переживала по этому поводу. Все так стояли. Спокойно и обречённо. Две очереди в огромных и пустых магазинах …
Периодически продавец вывозила из подсобки тележку с кусками сыра или колбасы. На тележку набрасывались  ястребами. Я не могла. Мне было неловко. Молодые были проворней меня, а со старушками я толкаться локтями не умела. В этих соревнованиях настоящим чемпионом была моя свекровь!
Она уже не работала и целыми днями обходила магазины, добывая в мужественной борьбе то кусок колбасы, то масло, то яйца, то муку. Делала она это виртуозно, сказался пержний опыт жизни  с всеобщим дефицитом.
Этими продуктами  свекровь всегда делилась с нами, что, конечно, было большой помощью! Вкусности мы всегда отдавали сыну. Вот он, кстати, жил совсем неплохо!
Утром и днём его кормил детский сад, а вечером я старалась изо всех сил что-то приготовить. Но сын всегда плохо ел, чем вводил меня в расстройство, а врача своего детского сада в бешенство!
Однажды эта строгая дама вызвала меня к себе в кабинет  и устроила настоящую обструкцию.
- Вы довели ребёнка до истощения! Посмотрите на него! Я в жизни не видела такого худого ребёнка! Кормить надо лучше, мамаша, понимаете?! Кормить! Готовьте ему куриную грудку!  Без кожи только, поняли? Без кожи! Нельзя быть такой безалаберной, мамаша! Как вам не стыдно!
Я  даже не пыталась возражать. Даже не пыталась объяснить, что куриное мясо мы не видели давно. Никакое не видели. Ни в  коже, ни без кожи.
Я молчала, потому что мне было невыносимо стыдно. Мы старались кормить сына хорошо. А он  мог целыми днями ничего не есть!
Но в глазах этой суровой докторицы я выглядела матерью-убийцей!
Я покивала головой и быстро удрала из детского сада, страшно обидевшись на всё человечество. Да, я понимала, что врач выполняла свой долг. Но почему она выполняла его с таким перекошенным от злости лицом?

Я всегда хотела есть. Но голод ещё могла терпеть. А была проблема страшней голода.
Из магазинов исчез кофе. С моим пониженным давлением, утро без чашки кофе превращалось в пытку.
Муж, глядя на мои страдания, накопал корней одуванчиков, благо в наших полях этого добра полно.
Мы сушили корни, мололи, и я варила из них одуванчиковый кофе!
По вкусу этот напиток очень сильно напоминал настоящий, но давление он не повышал и практического смысла для меня не имел.
И вдруг в  торговле появились зелёные кофейные зёрна. По какой-то совсем ничтожной цене. Этот кофе спокойно стоял на пустых полках. Его никто не покупал, потому что никто не знал, что с ним делать.
Мы купили этот кофе и попробовали пожарить его на сковороде. Половина зёрен сгорела, половина осталась зелёными. 
И тут муж, имеющий склонность к изобретению всяких чудес из ничего и умелые руки, сделал аппарат для жарки кофе.
Из металлической банки от детского питания и моторчика от вертушки проигрывателя.
Кофе мы насыпали в банку, которая  крепилась к моторчику, который медленно вращал её над газовой горелкой. Зёрна жарились постепенно, равномерно и ничего вкусней этого кофе я больше никогда не пила!
Из напитков тех лет помню венерического цвета апельсиновый концентрат  Юпи, который я и тогда не очень любила, и спирт  ROYAL. Зелёные бутылки с красными крышками. Стоил спирт смехотворно дешёво и употреблялся активно.
Семья у нас было компанейская, часто забегали друзья и  Рояль был непременным участником наших посиделок. Был.
Пока я им не отравилась.
Отравление было очень сильным.  Это было ужасно. Так ужасно, что я вообще не понимаю, чего я тут его вспомнила… гадость такую… фу!
Но спирт Рояль – это один из символов 90-х! Еды не было,  а спирта навалом.

Еды не было, но было человеческое участие и помощь.
Свекровь, спасибо ей большое, почти каждое воскресенье приглашала нас к себе на обед. Она варила картошку с тушёнкой и делала домашние пельмени. Это было настоящим праздником живота!
Однажды я дала напрокат коллеге по студии детские гантели. Её сынишке они понадобились, а у нас лежали без дела. Коллега принесла за это коробку масла Рама. Уж не знаю, где она его достала. Но я была очень растрогана!
В другой раз одна малознакомая дама, с которой я встретилась случайно на улице, пригласила меня к себе попить чаю. Ну, я и пошла. А она накормила меня тушеной картошкой с куриными косточками! Невероятно вкусно!
Вот так  память сохранила совершенно чудные случаи человеческой доброты. Да и жадности тоже!
Помню, как однажды зимой, наш сосед по квартире Вова получил посылку от родителей, которые жили в деревне.
В посылке были сало и мясной фарш. Вова, тридцатилетний холостой водитель, был соседом хорошим. Тихим, спокойным и аккуратным. Много времени он проводил  у дам своего сердца, поэтому нам особо не досаждал. Ну и вот.
Получил он посылку, вскрыл, что-то ему не понравилось, и он позвал меня на кухню.
- Слушай, Ир, посмотри на фарш, у меня такое ощущение, что он стал портиться. Да? Или ничего?
И Вова подсунул мне под нос роскошный розовый свежий фарш! Я как взглянула на него, у меня аж голова закружилась!
- Хороший фарш, Володя, ничего он не пропал, ешь на здоровье!
И Володя ел  на здоровье, не думая угощать нас. Да и правильно. Самому  мало.
Отъедалась я летом в Мариуполе. Каждое лето мы уезжали с сыном к моим родителям.
Но об этом потом.

(продолжение следует)

Популярное в

))}
Loading...
наверх