СОРОКАЛЕТНЕЕ СЧАСТЬЕ

Формула счастья для сорокалетних

 
 

В юности счастливым быть не сложно. Бутылка портвейна в левой руке, студентка в правой – вот тебе и счастье. В зрелом возрасте чувство удовлетворенности жизнью зависит от большего числа факторов. Каких?

- дети
Не секрет, что детей сейчас принято откладывать «на потом». Лет до 35. До полного вставания на ноги, завершения обучения, построения карьеры. Не помогают ни правительственные выплаты, ни билборды с красивыми карапузами, ни православные шествия против абортов.
Тренд рожать в зрелом возрасте добрался и до нас. Следовательно, всё больше сорокалетних – это люди с маленькими детьми, с детьми-школьниками, с детьми в переходном возрасте. А это, знаете ли, самая жара, когда личная жизнь родителей практически сходит на нет. При этом хочу заметить, что бессонные ночи в сорок – совсем не то, что бессонные ночи в двадцать.

- пожилые родители
Ладно, дети маленькие. Но это еще не все. Одновременно с этим начинают стареть и родители. Все чаще у них возникают проблемы со здоровьем, все больше требуется помощь. В лучшем положении оказываются те, чьи родители еще довольно молоды, или активно следили за своим здоровьем. В худшем – те, кому постоянно приходится осуществлять уход или мотаться по больницам. Но даже те, у кого нет необходимости сопровождать маму в поликлинику, а папу выхаживать после инфаркта, все равно столкнутся с тем, что родители потихоньку «теряют хватку». Из тех, на кого можно было опереться, они превращаются в тех, кто опирается на нас.

- работодатели
Я не говорю сейчас о сложных и требующих большого опыта и знаний профессиях. Как правило, в них люди в сорока годам как раз и достигают наибольших высот. Но если говорить об обычных работах, не приносящих ничего кроме куска хлеба и усталости, то тут ситуация иная. Работодатели откровенно предпочитают молодых, ограничивая кандидатов примерно 35 годами. Честно говоря, я не знаю, с чем это связано, но такая тенденция у нас четко прослеживается. Особенно в сфере торговли и услуг.

- здоровье
Не могу сказать, что сорокалетние люди только и делают, что разваливаются на атомы. В целом, это ещё довольно крепкий и работоспособный возраст. Но постепенно начинают возникать первые проблемы. Кто-то вынужден ставить импланты, потеряв 1-2 зуба, кто-то посещает гинеколога с женскими проблемами, кому-то стоит провериться у флеболога, быстрее ощущается усталость, начинает накапливаться лишний вес. В возрасте 20-30 многие даже не задумывались над этими проблемами.

- кризис семьи
Увы, кризис среднего возраста часто протекает на фоне кризиса семьи. Если у молодоженов брак часто держится на сексе и на романтике, а у людей старшего поколения – на привычке, то с людьми среднего возраста сложнее. Женщины уже поняли, что количество ресторанов, подаренных букетов цветов и знаков внимания в браке резко падает. Мужчины отметили, что для привлекательного самца вне брака секса гораздо больше, чем после официального узаконивания отношений. При всем при этом в самом разгаре бытовуха – уже упомянутые дети, работа, родители. Многие не выдерживают, и из семейного гнезда уходят в свободное плавание. Однако, часто из уз брака не так просто вырваться. Женщины уходят с обременением в виде детей, мужчины – в виде алиментов. В целом период от 40 до 50 довольно опасный для семьи.

Таким образом, формула счастья для людей «около сорока» будет выглядеть таким образом. Вы, по большей части, здоровы. Вы бездетны или ваши дети уже выросли и сепарировались от вас. Ваши родители в здравом уме и в хорошей форме. Вы труднозаменимый специалист высокого уровня в своей профессии. Вы состоите в счастливом браке и вы достаточно зрелый человек, чтобы не ждать от него юношеских страстей, фееричных ухаживаний и супер-романтики (или, как вариант, вам вообще не нужен брак).

Согласны с моей формулой? Что скажете?
Источник ➝

Мои 90-е. Жизнь в отсутствии еды

 

Часть 2
В  телерадиокомпании я окунулась в атмосферу молодого задора, энтузиазма, творческой свободы и неистребимого оптимизма.
Мы верили, что делаем не просто великое дело, мы делаем историческое дело!
Мы вносим свой вклад в развитие гражданского общества нашего городка!
Мы являемся  участниками  сложного переломного момента в жизни нашей страны! Перелома в лучшую сторону! Только в лучшую!
Но об этом пафосе  я напишу в следующий раз, потому что сейчас  очень хочется написать о еде. Вернее, об её отсутствии.

Я всегда была обжорой. В 90-е мне было тяжело.



На работе. Думы о еде.


Наш городок был закрытый. Поэтому хорошего рынка с прилавками, заваленными дарами садов и огородов, у нас не было.
Да и садов с огородами у большинства сосновоборцев не было. В нашем городке мирного атома сельское хозяйство не процветало.
Поэтому продукты мы покупали только в магазинах.
Город всегда снабжался хорошо.
И наступил жуткий момент, когда в этих магазинах стало голо и гулко. Огромные торговые залы, ослепительно белые кафельные стены и белые же  прилавки. Так, вероятно, выглядит морг…
Каждый устраивался и вертелся, как мог, чтобы прокормить себя и семью в период пустых магазинов и пустых кошельков.
Кого-то спасали посылки от деревенских родственников.
Большие предприятия старались помогать своим сотрудникам.  В городе продолжали работать научные институты, атомная станция, школы, детские сады, больница, коммунальные службы. Горячая вода, кстати, у нас была бесперебойно. Развалился машиностроительный завод. Закрылся хлебокомбинат и рыбоконсервный завод, но эти  предприятия сдались уже в конце 90-х, по-моему. Они долго боролись за свою жизнь.
Нам с мужем было тяжело добывать продовольствие. Оба работали в небольших организациях, сельских родственников у нас не было. Я вертелась на работе и с ребенком, а  муж вертеться категорически не хотел. Он считал, что честно работает на государство и не виноват, что государство честно не хочет ему платить. Вариант устроиться на вторую работу, а летом строить коровники в селе, как делали его друзья, он решительно отметал.  А я никогда ничего не просила. Ни у кого.
Хотя есть хотела всегда!
У меня было две маниакальные мечты:  обожраться сыром и курицей, запечённой в духовке! Хоть раз!
Но я упорно гнала их из своего сознания. Я всегда была рациональным человеком и не разрешала себе думать о том, о чём думать нельзя.

Честно говоря, я даже и не помню, что мы ели!
Из памяти напрочь выветрились чудеса кулинарного искусства -  ужины из ничего.  Каши на воде и без масла. Котлеты из картофеля с запахом тушёнки.
Ходила в магазины. За хлебом и молоком. Стояла в очередях. Наличие детей не давало право взять молоко без очереди, поэтому я с маленьким сыном стояла как все. Но совсем не переживала по этому поводу. Все так стояли. Спокойно и обречённо. Две очереди в огромных и пустых магазинах …
Периодически продавец вывозила из подсобки тележку с кусками сыра или колбасы. На тележку набрасывались  ястребами. Я не могла. Мне было неловко. Молодые были проворней меня, а со старушками я толкаться локтями не умела. В этих соревнованиях настоящим чемпионом была моя свекровь!
Она уже не работала и целыми днями обходила магазины, добывая в мужественной борьбе то кусок колбасы, то масло, то яйца, то муку. Делала она это виртуозно, сказался пержний опыт жизни  с всеобщим дефицитом.
Этими продуктами  свекровь всегда делилась с нами, что, конечно, было большой помощью! Вкусности мы всегда отдавали сыну. Вот он, кстати, жил совсем неплохо!
Утром и днём его кормил детский сад, а вечером я старалась изо всех сил что-то приготовить. Но сын всегда плохо ел, чем вводил меня в расстройство, а врача своего детского сада в бешенство!
Однажды эта строгая дама вызвала меня к себе в кабинет  и устроила настоящую обструкцию.
- Вы довели ребёнка до истощения! Посмотрите на него! Я в жизни не видела такого худого ребёнка! Кормить надо лучше, мамаша, понимаете?! Кормить! Готовьте ему куриную грудку!  Без кожи только, поняли? Без кожи! Нельзя быть такой безалаберной, мамаша! Как вам не стыдно!
Я  даже не пыталась возражать. Даже не пыталась объяснить, что куриное мясо мы не видели давно. Никакое не видели. Ни в  коже, ни без кожи.
Я молчала, потому что мне было невыносимо стыдно. Мы старались кормить сына хорошо. А он  мог целыми днями ничего не есть!
Но в глазах этой суровой докторицы я выглядела матерью-убийцей!
Я покивала головой и быстро удрала из детского сада, страшно обидевшись на всё человечество. Да, я понимала, что врач выполняла свой долг. Но почему она выполняла его с таким перекошенным от злости лицом?

Я всегда хотела есть. Но голод ещё могла терпеть. А была проблема страшней голода.
Из магазинов исчез кофе. С моим пониженным давлением, утро без чашки кофе превращалось в пытку.
Муж, глядя на мои страдания, накопал корней одуванчиков, благо в наших полях этого добра полно.
Мы сушили корни, мололи, и я варила из них одуванчиковый кофе!
По вкусу этот напиток очень сильно напоминал настоящий, но давление он не повышал и практического смысла для меня не имел.
И вдруг в  торговле появились зелёные кофейные зёрна. По какой-то совсем ничтожной цене. Этот кофе спокойно стоял на пустых полках. Его никто не покупал, потому что никто не знал, что с ним делать.
Мы купили этот кофе и попробовали пожарить его на сковороде. Половина зёрен сгорела, половина осталась зелёными. 
И тут муж, имеющий склонность к изобретению всяких чудес из ничего и умелые руки, сделал аппарат для жарки кофе.
Из металлической банки от детского питания и моторчика от вертушки проигрывателя.
Кофе мы насыпали в банку, которая  крепилась к моторчику, который медленно вращал её над газовой горелкой. Зёрна жарились постепенно, равномерно и ничего вкусней этого кофе я больше никогда не пила!
Из напитков тех лет помню венерического цвета апельсиновый концентрат  Юпи, который я и тогда не очень любила, и спирт  ROYAL. Зелёные бутылки с красными крышками. Стоил спирт смехотворно дешёво и употреблялся активно.
Семья у нас было компанейская, часто забегали друзья и  Рояль был непременным участником наших посиделок. Был.
Пока я им не отравилась.
Отравление было очень сильным.  Это было ужасно. Так ужасно, что я вообще не понимаю, чего я тут его вспомнила… гадость такую… фу!
Но спирт Рояль – это один из символов 90-х! Еды не было,  а спирта навалом.

Еды не было, но было человеческое участие и помощь.
Свекровь, спасибо ей большое, почти каждое воскресенье приглашала нас к себе на обед. Она варила картошку с тушёнкой и делала домашние пельмени. Это было настоящим праздником живота!
Однажды я дала напрокат коллеге по студии детские гантели. Её сынишке они понадобились, а у нас лежали без дела. Коллега принесла за это коробку масла Рама. Уж не знаю, где она его достала. Но я была очень растрогана!
В другой раз одна малознакомая дама, с которой я встретилась случайно на улице, пригласила меня к себе попить чаю. Ну, я и пошла. А она накормила меня тушеной картошкой с куриными косточками! Невероятно вкусно!
Вот так  память сохранила совершенно чудные случаи человеческой доброты. Да и жадности тоже!
Помню, как однажды зимой, наш сосед по квартире Вова получил посылку от родителей, которые жили в деревне.
В посылке были сало и мясной фарш. Вова, тридцатилетний холостой водитель, был соседом хорошим. Тихим, спокойным и аккуратным. Много времени он проводил  у дам своего сердца, поэтому нам особо не досаждал. Ну и вот.
Получил он посылку, вскрыл, что-то ему не понравилось, и он позвал меня на кухню.
- Слушай, Ир, посмотри на фарш, у меня такое ощущение, что он стал портиться. Да? Или ничего?
И Вова подсунул мне под нос роскошный розовый свежий фарш! Я как взглянула на него, у меня аж голова закружилась!
- Хороший фарш, Володя, ничего он не пропал, ешь на здоровье!
И Володя ел  на здоровье, не думая угощать нас. Да и правильно. Самому  мало.
Отъедалась я летом в Мариуполе. Каждое лето мы уезжали с сыном к моим родителям.
Но об этом потом.

(продолжение следует)

Популярное в

))}
Loading...
наверх